В течение двух дней они пополняли запасы глины, а после принялись за эксперименты. Как оказалось, необходимы были оба компонента — и крошки обожженной глины, и зола. Получалось и с одним из компонентов обжигать глину, но более высокое качество конечного материала достигалось при добавлении двух компонентов. Выяснив это, мужчины втайне от всех вылепили несколько небольших горшочков. После обжига горшочки получились как нельзя лучше. Умельцы с большим нетерпением дождались, пока горшочки остынут, а затем набрали в два из них воды и понесли продемонстрировать всем результаты своей успешной работы.
Народ ликовал, увидев глиняные горшочки, наполненные до краев водой. Когда восторженные крики утихли, гончары поведали о той детской шалости, которая оказала всем столь великую услугу.
Из глины стали делать не только горшочки, тарелки и другую утварь, но также стало возможным производство кирпичей. Из глины в специальных формах формовались кирпичи, которые обжигали по тому же принципу. Из этих кирпичей люди построили дома взамен сложенных их камней и саманных кирпичей жилищ, в которых они жили прежде. В новых домах благодаря низкой теплопроводности материала в жаркие дни сохранялась прохлада, а в холодные дни — тепло. Из кирпичей стали выкладывать печи для обжига глины, а также для выпечки хлеба.
Новый путь?
Так началась новая эволюция человечества. А новая ли? Или же всего-навсего эволюция по образу и подобию? Эволюция, которая идет по пути наименьшего сопротивления. По избитому пути земной цивилизации. При размышлении об этом невольно думается о взаимоотношениях отцов и детей. Как бы ни сопротивлялся сын наставлениям отца, он чаще всего следует его путем.
Найдя новую планету, люди поспешили благоустроить свой быт. Это очевидно и понятно. Что же потребовалось? Прежде всего, огонь для защиты от животных, приготовления пищи, обогрева. Затем понадобилось оружие для защиты и охоты. После этого появилась необходимость в одежде, так как старая пришла в негодность. Затем стали нужны домашняя утварь, кирпичи для постройки сооружений и так далее. А как же иначе?
Что бы это могло значить? То, что развитие нового человечества пойдет по сценарию цепи событий земной истории? Возникает естественный вопрос: предопределен ли путь человечества? Или все-таки люди могут выбрать для себя альтернативное развитие?
Чтобы человечество на Гайе пошло таким же путем, как и на Земле, было бы необходимо повторить все шаги исторической эволюции, что достаточно просто. Но это неминуемо привело бы к такому же фатальному исходу, как и на Земле, причем на это потребовалось бы еще меньше времени, так как идти по чьим-то следам всегда проще, нежели быть первопроходцем.
Чтобы выбрать альтернативный путь, необходимо было, исходя из простой логики, совершать действия, противоположные тем, которые когда-то были совершены на Земле, а потому известны. А именно: если люди считали себя высшими существами, то нужно было бы приравнять себя к обычным животным; если человек Земли селился на суше, то гайане могут, к примеру, поселиться на деревьях или в море; если люди Земли стали рабовладельцами, то люди Гайи должны создать равноправное общество, и так далее.
Что выйдет из этого, неизвестно, может, единение с природой Гайи сделает каждого человека лучше, люди будут жить в гармонии с ней, и человечество не погибнет от собственных же технологий, или же, наоборот, такой путь станет роковым. Кто знает. Очевидно только одно: прежний путь, пройденный много лет назад землянами, фатален.
С другой стороны, что толкает человечество к развитию? Может, стремление к развитию и есть проклятие человечества, может, оно неминуемо губительно, и тем скорее, чем более сложным оно становится? Но разве возможно не стремиться к техническому развитию, да и к любому другому? Без развития невозможно представить разумное общество. Стремление к нему отличает общество людей от сообщества животных, у которых есть развитие, но оно обусловлено эволюцией, а не желанием животного что-либо улучшить. Люди же целенаправленно, обдуманно развивают окружающее их пространство: переход от ручного труда к автоматизированному, от гужевого транспорта к автомобилям и тому подобное. Чем более важен обществу аспект, требующий усовершенствования, тем большее количество людей работает над его развитием. Появляется конкуренция, в которой чаще всего побеждает самый умный, смелый, быстрый, а также менее всего подверженный чувству жалости к ближнему. Только одно чувство присуще победителю — безостановочное стремление к своей цели. Конкуренция характерна для всех животных сообществ. Это важнейший эволюционный фактор. И человечество в этом смысле не исключение. Значит, на Гайе всегда будет вестись борьба за место под солнцем, так же, как это было на Земле. Выигрывает сильнейший, проигрывают все остальные. В такой борьбе появляется лидер, который определяет дальнейшую судьбу всего сообщества. Лидерство же, закрепленное в генах, еще более сильно, и оно может длиться столетиями. Но лидер не бывает одинок. Среди лидеров также есть конкуренция. А где есть конкуренция, никогда не может быть равноправия и всегда будут жертвы. Войны за земли унесли сотни миллионов человеческих жизней, а восстановиться после войны трудно даже выигравшей стороне. Часто восстановление после военных потерь было столь продолжительно, что страна-победительница распадалась вследствие того, что ее экономическая система так и не могла справиться с финансовыми и людскими потерями, нехваткой продуктов питания и так далее. Кто в итоге победитель? Никто.
Но раз невозможно, чтобы в человеческом обществе обошлось без конкуренции, значит, гайане пойдут тем же путем, что и земляне. Изменчивость человеческого общества под воздействием конкурентной борьбы составляющих его частей, следовательно, является сутью человечества в целом. Значит, путь человечества все-таки предопределен. Непременно случится разделение на классы, и рано или поздно это обернется катастрофой.
Кто знает, как сложится судьба гайан на долгом пути их развития. Для развития у людей впереди тысячи лет эволюции, хочется думать, что их судьба на Гайе сложится как нельзя лучше, в отличие от роковой судьбы людей Земли.
Годы идут
Прошли десятилетия. Сэмюэл Смит был уже глубоким стариком. Его жена Виктория, преданная и верная его спутница и сподвижница все эти годы, тоже уже состарилась, однако глаза ее не утратили выразительности, а помыслы были по-прежнему чисты.
Все свои умения и человеческие качества Сэмюэл Смит передал своему сыну Даниэлю, а тот — своему сыну Ричарду. Даниэль Смит, еще совсем ребенком попавший на Гайю, уже достиг возраста 55 лет. Он родился на борту «Оазиса», в глубоком космосе. Вся его жизнь, за исключением первых 3,5 лет, которые он провел на космическом корабле, прошла на Гайе. Даниэль Смит был истинным гайанином, который жил тем, что давала природа планеты. Каждый человек на Гайе брал у нее ровно столько, сколько требовалось, чтобы не погибнуть от голода. Все жили земледелием, животноводством, рыбным промыслом. Каждый без труда ориентировался на местности по характерным признакам окружающего мира, каждый без труда был способен разжечь огонь, определить на ближайшие дни погоду, а также многое-многое другое. На Гайе, по существу, развивался первобытно-общинный строй.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
